Элементы, текстуры, символы отсылают к традиции голландского натюрморта, эстетике Vanitas, соединяя тревожность с атмосферой изобилия. Объект балансирует на грани между притягательной роскошью и тоскливым предчувствием, где настоящее соприкасается с образами прошлого, а эстетическое – с отталкивающим.
Элементы, текстуры, символы отсылают к традиции голландского натюрморта, эстетике Vanitas, соединяя тревожность с атмосферой изобилия. Объект балансирует на грани между притягательной роскошью и тоскливым предчувствием, где настоящее соприкасается с образами прошлого, а эстетическое – с отталкивающим.